Свои люди — сочтемся

Александр Николаевич Островский

Библиотека → Учебные материалы → Краткие изложения

Купеческая дочь на выданье, Олимпиада Самсоновна (Липочка) Большова, сидит одна у окна с книжкой и, рассуждая, «какое приятное занятие эти танцы», начинает вальсировать: она уже полтора года не танцевала и боится, если что, «оконфузиться».

Танцует плохо. Входит мать, Аграфена Кондратьевна: «Ни свет ни заря, не поемши хлеба Божьего, да и за пляску тотчас! Мать и дочь скандалят, видимо, привычно: “Все подруги с мужьями давно, а я словно сирота какая! <…> Слышите, найдите мне жениха, беспременно найдите! <…> Я уж и так, как муха какая, кашляю! (Плачет.)”

Приходит сваха Устинья Наумовна. Липочка хочет жениха “из благородных”, отец — богатого, мать — купца, “да чтоб лоб крестил по-старинному”, Приходит Сысой Псоич Рисположенский, стряпчий, выгнанный из суда за пьянство. Над ним трунят. Но пришедшему хозяину, Большову, стряпчий нужен всерьез: он подумывает, не объявиться ли несостоятельным должником (первое название комедии было “Банкрот”). Женщины уходят, и хозяин со стряпчим углубляются в эту тему. Стряпчий советует переписать все имущество на приказчика Лазаря Елизарыча Подхалюзина. Входит и он, рассказывая, как учит продавцов в лавке надувать покупателей “поестественнее”.

Большов читает газету. В Москве — цепь банкротств, в основном, судя по всему — “злостных”, намеренных; и каждое, каждый отказ от уплаты долгов естественно влечет следующие. “Да что они, сговорились, что ли!.. Тут их не пересчитаешь…” И купец решается. Главный вопрос: можно ли доверять тому, на кого перепишешь свое добро, чтоб укрыть от описи за долги?

Подхалюзин шлет мальчишку Тишку за рябиновкой для Рисположенского, к которому у него дело, и предается мыслям вслух. “Я человек бедный! Если и попользуюсь в этом деле чем-нибудь лишним, так и греха нет никакого, потому он сам <…> против закона идет!” Лазарь влюблен в Липочку и строит уже новые планы, включающие женитьбу на ней: “Да от эдакого удовольствия с Ивана Великого спрыгнуть можно”.

И, угощая стряпчего, спрашивает, сколько ему обещал Большов за “всю эту механику”, и сам обещает не тысячу, а две.

Приходит сваха, он и ей обещает столько же да соболью шубу в придачу — “из живых сошьем”, — если она отвадит уже намеченного “благородного” жениха: пусть скажет ему, что Большов разорен. Приезжает домой сам Большов, в доме паника по ошибке: показалось, что он “хмельной”. Лазарь заводит с ним разговор о женитьбе — не прямо заводит, но, услыхав в третий раз о том, что Липочка “барышня, каких в свете нет”, Большов берет быка за рога. Лазарь скромничает: “Где же мне с суконным-то рылом-с? — Ничего не суконное. Рыло как рыло”. Конечно, перевести побольше добра не на приказчика, а на будущего зятя — в интересах Большова.

В доме готовятся к сватовству. По-своему торжественно настроен и Самсон Силыч, но появляется Устинья Наумовна с плохими вестями: якобы жених капризничает. “А, лягушка его заклюй, нешто мы другого не найдем? — Ну, уж ты другого-то не ищи, а то опять то же будет. Уж другого-то я вам сам найду”, — говорит сам Большов и знает, что говорит.

К компании присоединяются ключница Фоминишна, Рисположенский, Лазарь, и Большов торжественно объявляет Лазаря женихом. Переполох. Липочка просто скандалит. “Велю, так и за дворника выйдешь!” — цыкает на дочку Большов. “Маменька-с! Вам зятя такого, который бы вас уважал и, значит, старость вашу покоил — окромя меня не найтить-с. <…> Вы, маменька, вспомните это слово, что я сейчас сказал”, — говорит Лазарь вслед хозяйке и, оставшись с глазу на глаз с разъяренной Липочкой, сообщает ей, что дом и лавки теперь — его, а “тятенька-то ваш: банкрут-с! <…> Да что же это такое со мной делают? Воспитывали, воспитывали, потом и обанкрутились!” И Липочка, помолчав, соглашается, с условием: “Мы будем жить сами по себе, а они сами по себе. Мы заведем все по моде, а они как хотят”. Тут же зовут “их” и начинается семейное торжество. И Большов объявляет: “Тебе, Лазарь, дом и лавки пойдут вместо приданого, да из наличного отсчитаем. <…> Только нас со старухой корми, да кредиторам заплати копеек по десяти. — Стоит ли, тятенька, об этом говорить? <…> Свои люди — сочтемся!” Торжество в разгаре. Сваха льет вино за шиворот стряпчему.

Начальные ремарки последнего действия: “В доме Подхалюзиных богато меблированная гостиная. Олимпиада Самсоновна сидит у окна в роскошном положении, на ней шелковая блуза, чепчик последнего фасона. Подхалюзин в модном сюртуке стоит перед зеркалом”. Чета наслаждается счастьем. Липа просит купить тысячную коляску. Лазарь готов. Липа говорит французский комплимент. Лазарь в восторге. Приходит Устинья Наумовна за обещанным. “Мало ли, что я обещал!” — прямо говорит свахе Подхалюзин, и та уходит с сотенной бумажкой вместо обещанных тысяч и неважным платьицем от Липочки вместо собольего салопа. “Никак тятеньку из ямы выпустили”, — углядела в окно Липочка. “Ну нет-с, из ямы-то тятеньку не скоро выпустят; а надо полагать, <…> так отпросился домой” — и Лазарь зовет тещу.

Большов и раньше жаловался на здоровье; “словно с того света выходец” — причитает жена. Он хочет отдать кредиторам по двадцать пять копеек за рубль долга, как сам и собирался вначале. Те согласны (в долговой тюрьме, “яме”, заключенных должников содержали за счет кредиторов). Но сидеть Большову, а решать Подхалюзину: теперь деньги — его. И он отказывается при полной Липочкиной поддержке. »—Я, тятенька, не могу-с! Видит Бог, не могу-с! <…> — Выручайте, детушки, выручайте! <…> Я у вас, тятенька, до двадцати лет жила — свет не видала. Что ж, мне прикажете отдать вам деньги да самой опять в ситцевых платьях ходить? — Что вы, что вы! Опомнитесь! Ведь я у вас не милостыню прошу, а свое же добро! — Мы, тятенька, сказали вам, что больше десяти копеек дать не можем — стало быть, и толковать об этом нечего«. Таково Липочкино последнее слово. “Ведь я злостный — умышленный… меня в Сибирь сошлют. Господи! Коли так не дадите денег, дайте Христа ради!” — уже плачет Большов. Аграфена Кондратьевна в голос проклинает и зятя и дочь. Весь результат: “Я, так и быть, еще пять копеечек прибавлю” — вздыхает Лазарь. Отчаявшийся Большов встает и уходит с Аграфеной Кондратьевной.

“Неловко-с! <…> Тишка! Подай старый сюртук, которого хуже нет”. Подхалюзин решает сам поехать поторговаться с кредиторами. Является Рисположенский, как и сваха, за обещанными деньгами, и с ним обходятся так же, как со свахой, и еще хуже: “Должны! Тоже, должны! Словно у него документ! А за что — за мошенничество! — Нет, погоди! Ты от меня этим не отделаешься! — А что же ты со мной сделаешь? — Язык-то у меня некупленный. — Что ж ты, лизать, что ли, меня хочешь? — Нет, не лизать, а <…> — Я… Я вот что сделаю: почтеннейшая публика! — Что ты, что ты, очнись! — Ишь ты, с пьяных глаз куда лезет!” Рисположенский лезет прямо в зрительный зал с криками: “Тестя обокрал! И меня грабит… Жена, четверо детей, сапоги худые!” Но последнее слово и тут — за Подхалюзиным: “Вы ему не верьте, это он, что говорил-с, — это все врет. Ничего этого и не было. Это ему, должно быть, во сне приснилось. А вот мы магазинчик открываем: милости просим! Малого робенка пришлете — в луковице не обочтем”.  

Автор записи: XTreme
Количество просмотров: 2248

Смотрите также в данном разделе:  Письма к провинциалу (Les Provinciales) (Блез Паскаль (Blaise Pascal))

Если Вы являетесь обладателем авторских прав на данный файл или его компоненты, и не хотите, чтобы он размещался в библиотеке, пожалуйста, сообщите нам об этом.
Поиск
Например: Введение в языкознание
 Загрузить свой файл на E-Lingvo

Ссылки на другие сайты
 Обратная связь


Книги и файлы на
    английском языке
    немецком языке
    французском языке
    испанском языке
    итальянском языке
    португальском языке
    польском языке
    чешском языке
    украинском языке


Учебные материалы
  – Учебники
  – Краткие изложения
  – Рефераты, курсовые, дипломы
  – Шпаргалки, лекции

Художественная литература
  – Античная литература
  – Мифология, эпос
  – Древневосточная литература
  – Древнерусская литература
  – Древнеевропейская литература
  – Проза XVIII-XXI вв.
  – Поэзия

Научная литература
  – Лингвистика, русистика
  – Литературоведение
  – Древняя и античная литература
  – Русская литература XVIII века
  – Русская литература XIX века
  – Русская литература XX века
  – Зарубежная литература
  – Психология, педагогика
  – Философия
  – Маркетинг и PR
  – Культурология
  – Юриспруденция
  – История
  – Государство и право
  – Экономика
  – Религиоведение



  English version